04
Апрель

Санкции меняют торговые потоки: будет ли пересчет долей стран в общих пошлинах ЕАЭС? - inbusiness.kz

https://inbusiness.kz/ru/news/sankcii-menyayut-torgovye-potoki-budet-li-pereschet-dolej-stran-v-obshih-poshlinah-eaes

Говорить об увеличении рано, но надо, так как текущие реалии идут в ущерб интересам Казахстана, Кыргызстана и Армении, заявил inbusiness.kz глава ДПК "Ак жол" Азат Перуашев.

В правительстве Казахстана не раз выступали с предложением пересмотреть методику распределения таможенных пошлин ЕАЭС, так как с учетом текущей геополитической ситуации наблюдается сокращение объемов импорта из ряда стран в Беларусь и Россию. Ранее минторг отмечал, что решение о корректировке нормативов будет принято только в случае достижения консенсуса между государствами – членами ЕАЭС. Достигнуты ли какие-то соглашения и как в целом выглядит положение Казахстана в ЕАЭС, какие существуют проблемы и в чем плюсы нахождения в союзе, в интервью inbusiness.kz рассказал депутат мажилиса парламента РК, председатель партии "Ак жол" Азат Перуашев.

– Нам ничего не известно. Фракция "Ак жол" неоднократно предлагала, в том числе через официальный депутатский запрос при обсуждении соглашений в комитете и на пленарном заседании мажилиса, о том, что необходимо пересмотреть распределение платежей таможенных пошлин, поскольку сегодня произошло очень значительное изменение потоков внешней торговли в результате также санкционных ограничений. Доля России и доля Беларуси значительно сократились, насколько – мы не знаем. Соответственно, увеличилась и доля остальных стран, но прежде всего Казахстана, Кыргызстана и Армении. Я считаю, что в этой связи нам нужно пересматривать. Мы эти вопросы ставили, и тогда нам ответили, что это невозможно решить в одностороннем порядке, и до сих пор ни о каких действиях в этом плане не сообщается. Поэтому вопрос актуальный, более того, сегодня его актуальность даже усилилась. Но соответствующего решения пока нет.

– Текущие нормативы распределения сумм ввозных таможенных пошлин для Казахстана установлены в размере 6,955%. Сколько будет составлять доплата разницы сумм таможенных пошлин в отношении казахстанских изъятий в случае пересмотра методики таможенных пошлин?

– На этот вопрос пока не могу ответить. Этот вопрос будет обсуждаться только тогда, когда будет произведен перерасчет платежей и насколько там будет увеличена доля Казахстана. Если она будет, конечно, увеличена, в чем у меня лично есть определенные сомнения. Понятно, что наши партнеры будут не согласны с этим, поскольку даже если говорить по потокам, значительная доля увеличения потока – дельта (произошла положительная разница) во многом ориентирована на конечных получателей в России, Беларуси. То есть идет проблема реэкспорта, о чем говорят и внешние наблюдатели. Поэтому это был вопрос переговоров, вопрос обсуждения, и сейчас говорить о том, насколько увеличится сумма полученной пошлины, еще рано.

Но я вам скажу, что, когда к этому соглашению подключился Кыргызстан в свое время, в этой связи были уменьшены доли Казахстана и России, причем были уменьшены одинаково, на 1,5%. Я тогда с этим спорил при ратификации, поскольку мы считаем, что аналогично должны были уменьшиться доли всех четырех государств, но почему-то только две как с наиболее крупных экономик сняли. Но тогда надо было снять хотя бы в соотношении. Россия является получателем 85%, а Казахстан всего лишь 7,5% тогда было, а взяли и там, и там сняли одинаково. Нам надо было пропорционально тогда пересчитать, скажем, с России тогда сняли бы 1,5-2%, а с нас 0,5%. Речь ведь идет о живых деньгах – о сотнях миллионов, поэтому это тоже вопрос немаловажный.

– Изначально ЕАЭС был создан как международная организация, главной целью которой было провозглашение экономической интеграции и общей экономической устойчивости стран-участников. Остается ли эта концепция в реальности? Что получил Казахстан за годы существования союза?

– Относительно того, что ЕАЭС был создан как организация для экономической интеграции и общей экономической устойчивости, я думаю, что как концепция, как задача она своей актуальности не потеряла. Вот если говорить о том, что получил Казахстан за годы существования союза, он получил, с одной стороны, увеличение оборотов с России, с другой стороны, по ряду групп товаров у нас произошло сокращение отношений с другими партнерами, с европейскими партнерами. В предыдущие годы работа и экономическая выгода Казахстана подвергались большой критике.

Мы задавали вопросы, в том числе и министерству финансов, тогда еще при Бахыте Султанове (министр финансов в 2007-2010 гг. – Прим.), что же Казахстан выиграл? По их ответам тогда получалось, что у Казахстана произошло увеличение доли платежей, получаемых за счет увеличения единого таможенного пространства.  Но нужно иметь в виду, что речь не только о платежах, а прежде всего речь должна стоять об экономическом развитии, об усложнении экономики, о технологическом развитии, о получении новых технологий, о расширении перечня выпускаемых товаров. И здесь привязка к России и Беларуси, которые еще с советских времен при внутреннем распределении функционала – более технологичные отрасли были у них, а Казахстан тогда играл больше роль сырьевой базы.

Как раз-таки работа в рамках ЕАЭС эту зависимость, на мой взгляд, где-то законсервировала. Но с момента введения санкций и ограничительных мер по отношению к нашим соседям, Беларуси и России, происходит процесс, который, по-хорошему, может, нельзя так говорить, но мы видим, что он работает на Казахстан. Потому что сегодня, во-первых, идет речь о релокации некоторых готовых производств, а во-вторых, в рамках кооперации произошло вовлечение казахстанской экономики в технологичные проекты. Буквально недавно на пленарном заседании мажилиса мы одобрили соглашение о финансировании кооперационных проектов в разных отраслях промышленности. Я там выступал, и мы предложили дополнить перечень тех отраслей, в отношении которых применяется такое льготное финансирование путем погашения разницы субсидирования ставок.

Мы предложили, чтобы туда вошли и казахстанские отрасли, прежде всего: пищевая промышленность, сельхозпереработка, переработка стройматериалов. При этом мы предложили, что Казахстан гарантированно не будет формально выступать просто прикрытием, таким формальным партнером с маленькой долей участия в этих проектах на территории нашей страны. Понятно, что это соглашение ориентировано в том числе и на защиту нашего интеграционного объединения в рамках существующей внешнеторговой ситуации. Мы предложили, чтобы в рамках тех проектов, которые будут реализовываться на территории нашего государства, доля казахстанского бизнеса, казахстанского участия в таких проектах составляла не менее 25-30%, даже 50%, и правительство это зафиксировало в рамках правил. Тогда мы получим не только размещение предприятий на своей территории, но и доступ к технологиям, доступ к обучению персонала, и, соответственно, мы увеличим долю получаемой, извлекаемой прибыли от этих проектов.

Сегодня, в последние годы, мы видим, по объективным причинам Казахстан начинает вовлекаться в том числе и в технологичный процесс. Я приведу пример – сегодня введено ограничение на поставку технологически сложного оборудования в Россию, а в Казахстан такое оборудование поставляется. В этих рамках мы должны быть уверены, что Казахстан от этого получит не только какое-то формальное участие, но и серьезную, так называемую контрольную долю в таких проектах. Поэтому я думаю, что сегодня ЕАЭС уже начинает работать в интересах Казахстана.

– С начала введения санкций у России и Беларуси налицо падение экономической активности, соответственно, уменьшение внешнеторговых таможенных поступлений, тем не менее они по-прежнему получают 85% и 4,8% доли доходов. Как Вы думаете, почему это происходит?

– Несмотря на перераспределение внешнеторговых потоков, тем не менее доля России и Беларуси осталась прежней в распределении таможенных платежей. Эта ситуация происходит по двум причинам. Во-первых, из-за пассивности наших представителей в рамках Евразиской экономической комиссии. Я считаю, что здесь наши госорганы, наше правительство должны занять более жесткую позицию – требовать перераспределения, настаивать на перерасчете этих долей в сторону значительного увеличения казахстанской доли.

Второй момент – это процесс переговорный. Здесь у России и Беларуси есть свои аргументы, тем не менее их аргументы все-таки будут касаться косвенных моментов в части того, что, хотя этот экспорт и импорт в большей части, торговые операции идут через территорию других стран, но их конечным источником – получателем часто остается в добавленной доле роста либо российский, либо белорусский бизнес. Но это косвенный момент. Если про чисто внешние обороты в рамках единого Таможенного союза, то, безусловно, здесь у нас, у переговорщиков, очень железный аргумент, что "увеличение произошло, давайте посчитаем – может, не на всю сумму надо увеличивать, не на весь возросший объем, но на его основную долю, на 70-80%". В общем, это вопрос переговорного процесса.

– В обозримой перспективе нахождение Казахстана в ЕАЭС так или иначе будет натыкаться в первую очередь на политический аспект, отодвигая экономические вопросы на второй план. Какие риски сулит дальнейшее нахождение Казахстана в союзе?

– По поводу политических аспектов ЕАЭС, вы знаете – да, такие риски есть, безусловно. Но нужно учитывать, помимо прочих моментов, и локацию, месторасположение Казахстана. Мы не в Европе, не в Америке, наши ближайшие соседи, наши союзники, члены ЕАЭС – это Россия, Кыргызстан с одной стороны. А с другой стороны – Китай. Поэтому нам в любом случае надо будет считаться и учитывать эти моменты. Как бы здесь политика ни играла роли, но при правильной, гибкой, адекватной политической линии, которую сегодня демонстрирует  прежде всего глава государства, когда он, с одной стороны, заявляет и подчеркивает, что Казахстан не одобряет некоторые ситуации, тем не менее остается экономическим партнером и членом этого союза. В этих условиях в последние годы Казахстан становится выгодополучателем от членства ЕАЭС как раз-таки в результате вот этой внешнеполитической ситуации. Поэтому умелое участие, умелое управление, умелый менеджмент в национальных интересах Казахстану позволит соблюдать не просто свои интересы, но и получать определенные экономические дивиденды и политические дивиденды, в том числе на этом поле.

– Какие наиболее острые проблемы существуют в торговых взаимоотношениях стран – участниц ЕАЭС в связи с санкционным давлением Запада в отношении РФ?

– Острые проблемы для нашего бизнеса в рамках этой санкционной ситуации не столько с Россией и Беларусью. Там-то у нас особых проблем нет, за исключением подсанкционных товаров. И Казахстан здесь обязался, и мы считаем это правильным. Я даже выступал от имени нашей партии "Ак жол" на заседании мажилиса с требованием неукоснительно соблюдать международные санкции. Больше у наших бизнесменов сегодня проблемы с их прежними партнерами за рубежом, прежде всего в западных странах.

Скажем, на встречах с целым рядом наших бизнесменов я получал от них информацию о том, что сегодня резко ограничили, даже отказали в экспорте казахстанской продукции в ряде государств – той продукции, которая производится из российского сырья. Например, по мебели, продукции из леса. В связи с тем, что в основном эта продукция производится из российского леса, с участием, во всяком случае, то на фурнитуру, стройматериалы из леса, которые раньше поставлялись нашими предприятиями,  а также фанеры, ДСП, двери, другие изделия из дерева, сегодня в целом ряде государств, в Прибалтике, в Литве, в Латвии, отказывают в экспорте такой продукции в эти страны. И отказываются принимать, в том числе и сертификат СT-KZ, который у нас, по идее, используется для подтверждения казахстанского происхождения, там его подвергают сомнению, не признают. То есть это большая дипломатическая работа. Что такое СT-KZ? Это когда доля казахстанского содержания, местного содержания такой продукции соответствует требованиям, чтобы признать этот товар казахстанским.

Но в тех странах пересчитывают по-другому и не признают эту добавленную долю, которая бы соответствовала местному содержанию Казахстана. В общем, большая работа нашего министерства торговли и интеграции должна быть здесь, той же НПП. Я предложил коллегам, которые ко мне обратились с этой проблемой, их несколько таких предприятий было, провести необходимые консультации, в том числе с посольствами этих стран, в которых они встретили такие препятствия. Ну, большую работу надо проводить, надо отстаивать свои интересы.

Другая тема в этой связи, что, возможно, сейчас некоторые поставщики крайне осторожны. Ужесточился контроль за тем, чтобы та продукция, которую они поставляют в Казахстан, технологичная продукция – оборудование либо готовая техника, чтобы они не были затем реэкспортированы в другие страны, в ту же Россию и Беларусь. Вот с этой стороны контроль ужесточился, увеличилась бюрократия, формальностей много появилось в этих таможенных процедурах. Но это рабочая ситуация, куда деваться, приходится с этим работать.