10
Сентября

Разброд и шатание - www.nomad.su

 
Попытки официальных лиц мотивировать прошедшую девальвацию и предсказать будущее тенге становятся все более уязвимыми
Азамат Ибраев
Буквально через несколько дней в Алматы начнет свою работу ежегодный бизнес-форум 'Kazakhstan Growth Forum', на который вот уже в течение последних пяти лет съезжаются со всего мира авторитетные бизнесмены, экономисты и специалисты в области финансов. Вопросы на нем рассматривались самые разнообразные, а повестка дня выстраивалась по принципу актуальности той или иной проблемы. И как стало известно, основной тематикой нынешнего мероприятия станет обсуждение так называемых 'новых экономических реалий', то есть того состояния, которое достаточно внезапно проявилось в нашей стране в конце августа текущего года. То есть, говоря проще – анализ причинно-следственных связей произошедшего валютного скачка и поиск ответов на, казалось бы, самый простой, и одновременно наиболее волнующий вопрос 'а что же дальше?'.
Что касается причин самой курсовой лихорадки, то однозначного ответа на этот вопрос, пожалуй, сходу ждать не приходится. Мало того, судя по последним выступлениям некоторых официальных лиц и части представителей крупного бизнеса – единая версия событий не выстроена даже в этих кругах. Даже наоборот, скорей наблюдается полный разброд и шатание.
Вот, например, бывший министр финансов, а ныне глава Банка развития Казахстана Болат Жамишев, в своем телевизионном интервью выдвинул совсем уж интересное объяснение происходящему. По его мнению, виной стали высокие девальвационные ожидания последних полутора лет. Ну, то есть, если постоянно чего-то ждешь нехорошего, то оно и само по себе и случается.
– Девальвационные ожидания, они в стране были очень высокими, – рассуждал с экранов телевизоров Болат Бидахметович. – После девальвации в России, после девальвации валют целого ряда стран, понятно, что все предполагали, что будет девальвация… Высокие девальвационные ожидания они должны были закончиться именно девальвацией…
В общем, наверное, по принципу 'сами напросились'. Ну, или грубо говоря, 'накаркали'. И теперь, опять-таки, по словам бывшего главного финансиста страны, населению ничего не остается, как смиренно наблюдать за курсовыми пертурбациями ('В этом большом временном промежутке национальная валюта будет иметь тенденцию к ослаблению по сравнению к основным мировым валютам...'), но при этом продолжать свято верить в светлое будущее тенге:
– Только по мере того как будет укрепляться доверие к национальной валюте и к ее предсказуемости. Пусть это даже будет в режиме плавающего курса, но, тем не менее, доверие, безусловно, должно быть. Только тогда может развиться, открыться рынок национальной валюты…
В общем – 'верь, надейся и жди'. Хотя чего, собственно, ждать, так и остается неясным. Ведь, например, председатель правления Народного банка Умут Шаяхметова (и ранее не раз высказывавшаяся в пользу различных девальваций) даже сейчас считает, что тенге по-прежнему достаточно сильно переоценен для того, чтобы оказать существенную поддержку отечественным производителям:
– Однако для сохранения конкурентоспособности нашей экономики, наверное, тенге, пока еще сильный. Так, наша продукция становится неконкурентоспособной...
Правда будоражащие народные умы прогнозы (точнее, слухи) о том, что курс доллара в скором времени, якобы, может достичь планку в 400 тенге за единицу американской валюты, народный банкир подтверждать все-таки не стала. Правда посетовала на то, что 'на самом деле девальвацию, наверное, и раньше нужно было провести' и туманно намекнула, что нынешние курсы еще не устоявшиеся: 'Наверное, текущий курс не окончательный, паритетный курс, но мы будем смотреть дальше, как будет развиваться ситуация…'
Еще чуть раньше масла в огонь валютных страстей подлили несколько представителей наиболее крупного бизнеса (по иному – олигархическая верхушка).
– Я считаю, это спасение сегодня для экономики Казахстана, для малого и среднего бизнеса, для пищевой промышленности, для машиностроения. Это просто спасение, потому что, все должны жить в конкурентной среде… – задумчиво рассуждал глава 'Eurasian Resources Group' Александр Машкевич. Ему охотно вторил президент ТОО 'Казахмыс Холдинг' Владимир Ким, также проявивший отеческую заботу об абсолютно всем местном бизнесе: 'Переход к свободно плавающему курсу тенге положительно отразится на казахстанском содержании… Я думаю, на сегодняшний день мы снова станем конкурентоспособными, как минимум…'
Правда, когда чуть позже тот же Александр Антонович все-таки немного отвлекся от высокопарных тезисов и перешел на родное и наболевшее ('Например, возьмем алюминий. Кто мог себе предположить, что сегодня алюминий будет 1500 долларов стоить? Но самое страшное, что фьючерсы на два года вперед продаются уже по 1100 по 1200 долларов, то есть это значит, что через два года цена будет 1100 и 1200. У нас на складах на 100 миллионов долларов алюминия, потому что мы его не продаем. Мы не продаем, потому что сегодня с нашей себестоимостью мы будем терять деньги…'), стало ясно, что в первую очередь олигархов заботит все-таки свой собственный, суверенный карман. Что ж, это вполне логично и понятно. Только вот зачем переносить свои личные надежды и чаяния на весь бизнес страны и пророчествовать о некой безусловной пользе 'новых экономических реалий' для чуть ли не всех граждан страны без исключения? Говорил бы исключительно про себя, и все выглядело бы на порядок честнее.
Тем более, что, как выясняется, бравурный оптимизм удачливых представителей транснационального капитала далеко не всегда находит отклик в сердцах их коллег, правда из числа тех, что куда как больше подходят под определение того самого пресловутого 'отечественного предпринимательства', нежели звездные обители недостижимых олигархических кругов.
– Тех, кто в день отправления тенге в плавание поблагодарил правительство, мы 20 августа видели по телевизору, – говорит в своем интервью одному из ведущих деловых изданий страны, председатель совета по конкурентоспособности НПП 'Атамекен', глава группы 'Сентрас' Ельдар Абдразаков (кстати, один из организаторов уже упомянутого выше международного бизнес-форума). – Ничего хорошего в резком обесценивании тенге в виде сюрприза нет. Тем более, что правительство обещало: до конца года девальвации не будет. Во-первых, шокирует преодоление психологического барьера курса, который перевалил отметку в 200 тенге за доллар. Во-вторых, поражает, как государство поступило с гражданами. Хотя опытные люди и понимали, что девальвация неизбежна, но ожидали, что правительство будет аккуратно менять курс. Однако 'чудо' произошло одномоментно, да еще когда многие были в отпусках, за границей.
Бизнес всегда говорил, что хочет рыночного формирования курса. Но нас беспокоит, что, формально отпустив тенге, реально чиновники не собираются идти на его свободное плавание. Это видно по продажам валюты: курс скачет с 218 до 250 тенге за доллар. Нацбанк не дал рынку ликвидности, не сдвинулся по процентным ставкам. Фактически продолжается то, что было до 20 августа, только теперь с другим курсом. И это пугает… Тенге будет уважаем только тогда, когда он станет средством накоплений и инвестиций. Тогда люди будут за него держаться. А сегодня нет интересных инструментов вложения. Даже казахстанские инвесторы бегут из тенге, так как не верят, что в стране можно во что-то вкладывать, что что-то будет развиваться. Мы роняем тенге, потому что не создаем его привлекательность…
Кстати, если уж говорить о реакции бизнеса в целом, то, думаю, ее уже вполне ощутили на себе буквально все граждане страны. Первыми на августовские события отреагировали магазины, торгующие импортом, что не удивительно – ведь им ведь приходится закупаться, отнюдь не за национальную валюту. Затем постепенно начали подтягиваться остальные производители и поставщики (даже те, кто, казалось бы, доллар должен был видеть только на картинках). В 'интересах операторов рынка' правительство отменило регулирование цен на ходовые марки бензина, что, как уже говорилось выше, вызвало нездоровый ажиотаж на рынке и откровенное социальное напряжение в обществе. Еще чуть позже, за ценовой накруткой потянулись те производители и торговцы, которым, казалось бы, курс доллара никогда не являлся 'путеводной звездой' В итоге, даже по данным департамента статистики, в последний месяц в стране в среднем на три процента подорожал хлеб, примерно на столько же мясо, и, что особенно показательно, в очередной раз начались паническая скупка сахара, в тот же момент отреагировавшего ростом своих как оптовых, так и розничных цен. Про алюминий, медь, феррохром и всевозможные окатыши, в этих сводках, конечно же, нет ни слова. Да и в общем то народу это особо не интересно. Ведь в таких случаях как-то меньше всего думаешь о том насколько комфортно ощущают себя господа Машкевич, Ким, Миттал и иже с ними. В первую очередь приходится думать о себе и о своем завтрашнем дне.
– Когда нам говорят, что девальвация – благо для экономики, что некоторые страны (например, Япония) целенаправленно сдерживают курс национальной валюты, – то надо иметь в виду, что речь идет о сбалансированных и диверсифицированных экономиках, экспортирующих готовую продукцию и способных обеспечить основные потребности своего населения, – подчеркивает в своем комментарии, данном республиканским СМИ, депутат Мажилиса парламента, лидер партии 'Ак жол' Азат Перуашев. – Что экспортирует Казахстан? Нефть, металлы, пшеницу или пшеничную муку. Для производителей этой продукции девальвация – действительно благо, хотя бы в среднесрочном периоде. Все остальное – от технического оборудования до тканей и фруктов – в значительной мере завозится из-за рубежа. Наш внутренний рынок – как промышленный, так и потребительский – является импортозависимым, по многим группам товаров от 60% до 100%.
Из-за этого крайне сомнительно выглядят теоретические ожидания укрепления позиций местных производителей на внутреннем рынке, по принципу импортозамещения, как это произошло в России. Дело в том, что, за исключением продуктов питания, ГСМ, автомобилей и спецодежды, у нас целые группы товаров просто некому и нечем замещать.
Поэтому как для потребительского, так и для промышленного рынка девальвация скорее означает лишь удорожание продукции, сокращение платежеспособного спроса, предпочтение более дешевых и менее качественных товаров, замедление оборотов и падение доходности предприятий. Для экономики в целом – сокращение рабочих мест, снижение реальных доходов населения и усиление социального расслоения общества.
Правда, появившиеся в интернете данные о том, сколько заработали на девальвации коммерческие банки, свидетельствуют, что, вопреки общим трудностям, некоторые в этот период успешно богатеют. Можно вспомнить про средства ЕНПФ, переданные в БВУ и вроде бы удачно конвертированные там в доллары и евро. То, на чем потеряли будущие пенсионеры, обернулось многомиллиардными прибылями для банков. Возможно, пора вводить налог на прибыль банков для таких случаев, тем более что эти суммы не заработаны, а стали результатом стечения обстоятельств? Да и бюджету дополнительные миллиарды в сложившихся буднях не помешают. В целом же растущий разрыв между бедными и богатыми – крайне нежелательная и опасная тенденция…
Так кому же все-таки были нужны столь резкие телодвижения с национальной валютой. Ведь не зря уже сотни лет в таких случаях рекомендуется задаваться главным вопросом 'Сui prodest' – 'Кому выгодно?'. То, что данная мера оказалась весьма порочной для отечественной экономики ('кровные' интересы нескольких олигархических групп и банков второго уровня это отнюдь, не вся экономика), уже очевидно. И на этот счет, кстати, существуют достаточно резкие и недвусмысленные мнения:
– Девальвация была проведена в интересах корпораций-экспортеров – металлургов и нефтяников. Точнее, не металлургов и нефтяников, а акционеров и топ-менеджеров соответствующих корпораций, – говорит политолог Данияр Ашимбаев.
– Можно, разумеется, возразить, что это базовые отрасли нашей экономики – кормильцы и поильцы. Но возразить так можно только в том случае, если бы мы имели дело с какими-нибудь абстрактными экспортерами. 'Казахмыс' и 'Евразийская группа' – компании, которые за последний год убрали остатки транспарентности, сменив статус. Направление их финансовых потоков вызывает определенные сомнения. Вопрос из серии – заслуживают ли эти компании того, чтобы государство поставило на кон деловой климат в стране, рост инфляции, доверие к национальной валюте? Даст ли девальвация возможность улучшить собираемость налогов, пошлин и т.д.? Сильно сомневаюсь… Ах да, есть еще банки. Банки, имеющие депозиты нацкомпаний, банки, налоговая нагрузка на которые меньше, чем на реальный сектор, банки, большинство владельцев которых сидит в высоких креслах и не вышло из состава акционеров даже после десятков лет на госслужбе. Банки требовали девальвацию от своего правительства. Банки ее получили… И еще раз повторю – не надо говорить, что девальвация была проведена в интересах национальной экономики или поддержки отечественного товаропроизводителя. Экономика утратила гибкость, сейчас не 90-е. Дальнейшей поддержки деловых интересов дюжины-другой людей она не перенесет…
В общем, общая картина пока выглядит достаточно пессимистично. Но в любом случае, та самая 'новая экономическая реальность', в которую приходится вживаться всем нам, рядовым казахстанцам, – уже не гипотетическая вероятность, а вполне свершившийся факт. Первые самые болевые и шоковые ощущения, конечно уже позади. А вот что впереди – большая загадка, тем более, что как видим, официальные комментарии на этот счет не только не способствуют пониманию ситуации, а скорей наоборот – напускают дополнительного туману. А значит, в истинных первопричинах и целях проведенной девальвации (как, впрочем, и угроз аналогичных, последующих), нам все-таки придется разбираться самостоятельно. Ну а уже потом, переходить ко второму извечному вопросу 'Что делать?'. Ведь в том, что делать все-таки что то придется, сомнений не возникает, похоже ни у кого.
Источник - www.nomad.su  (Казахстан), 09.09.2015